Вот что меня удручает в сообщениях СМИ про присуждение Нобелевской премии за гигантское магнитосопротивление, так это то, что везде подчеркивается лишь практическая польза открытия ("в каждом айподе этот эффект"). Возникает такое ощущение, что премию присудили за увеличение плотности записи в жестких дисках, и даже, что лауреаты к этому собственно и стремились в своих исследованиях.

А дальше уже нетрудно сделать и следующий шаг -- "хорошие" исследования обязательно ориентированы на конкретное прикладное использование (вот, смотрите, Нобеля за это дали!), а значит, исследования, НЕ ориентированные на прикладное использование, нам не нужны!

Это всё, конечно, совершенно не так.
Лауреаты изучали, по сути, квантовые эффекты в конденсированных средах. Спины там всякие, антиферромагнетизм, всякие заумные хитрости и т.п. Обнаруженный эффект имел место, к тому же, в довольно сильных полях и при криогенных температурах. О прикладных применениях в оригинальных статьях лауреатов были сказаны лишь самые общие слова ("... и более того, многообещающий для приложений.").

Важная мысль, -- которую никто обычно не произносит, но которую похоже сейчас надо всегда произносить, -- заключается в том, что эти применения в IT-индустрии явились побочным продуктом фундаментальной физики. Основная ветвь исследования -- это изучение магнитных эффектов в структурах с переходными элементами -- и эта ветвь бурно развивается и сейчас, и в ней много фундаментальных задач (после гигантского магнитосопротивления были открыты "колоссальное" и даже "экстраординарное", которые гораздо более загадочны, чем гигантское). А увеличение плотности записи на диски -- лишь маленькая веточка вбок. Она не появилась бы, если б не было интереса в фундаментальных исследованиях магнитных свойств, если б наука была "нацелена" на немедленное прикладное использование.

Кстати, относительно популярное введение в гигантское магнитосопротивление есть в статье из Соросовского Образовательного Журнала Гигантское магнитосопротивление.